В этой статье расскажу, что я узнала об арктической фауне, разговаривая с учёными, натуралистами и гидами экспедиции Swan Hellenic. Когда стоишь на палубе, вглядываясь в береговую линию, иногда кажется, что там нет жизни. Но стоит провести в Арктике хотя бы пару дней, как начинаешь понимать, что здесь свои правила, отличные от тех, к которым мы привыкли.
Беседы с зоологами, орнитологами, натуралистами и участниками экспедиции изменили моё восприятие этого края. Эта статья – не энциклопедия, а скорее набор малоизвестных фактов, которые меня саму удивили.
Белый медведь – символ Арктики
Когда мы думаем об Арктике, первое, что приходит на ум – белый медведь. Мощный, величественный, он стал визуальным символом севера, эмблемой полярного климата.
Беседуя со мной во время интервью, гид Алёна Антонова объяснила: белый медведь не приспосабливается к изменениям – он страдает. Это животное, для которого лёд – не просто поверхность, а основа его экосистемы, его способа охоты, выживания, даже маршрутов передвижения. «Он рождается, охотится и умирает на льду. Лёд для него жизненно важен», – сказала она.
Райан Эльзейн, руководитель экспедиции, подтвердил: «Мы видим всё больше встреч с медведями там, где их не должно быть. Это неудачники. Те, кто не справились с охотой и пришли ближе к людям. Мы не радуемся таким встречам – мы тревожимся.»
Ещё одна вещь, которую часто упускают: белый медведь молчалив. Он не издаёт звуков, не рычит, как нам кажется по фильмам. Он может долго наблюдать, приближаться почти бесшумно. Отсюда – строгие правила безопасности на борту экспедиционного судна: на берег можно выходить только с охраной, вооружённой и обученной.
Арктика – не зоопарк. И белый медведь – не модель для селфи.
В Арктике шумно. Просто нужно уметь слушать
Если белый медведь – символ Арктики, то её настоящими хозяевами летом становятся птицы. Пока лёд тает, скалы оживают. В тысячах голосов, хлопках крыльев и стремительных виражах над морем рождается невидимый порядок – строгий, шумный, сложный.
Я побеседовала с Лией Покровской, зоологом с большим полевым опытом. Она рассказывала о птицах с восторгом и с тревогой. Многие виды арктических птиц – удивительно тонко настроенные «инструменты». Малейшее изменение климата, кормовой базы или условий гнездования отражается на их популяции как сбой в музыкальной партии.
Вот что я узнала от неё – и что, возможно, вас удивит:
1. Птенцы кайры не умеют летать – но прыгают со 100-метровых скал. У кайр (Brünnich’s guillemot) нет привычных гнёзд. Они откладывают яйца прямо на скальные выступы. Когда приходит время, птенец просто… прыгает вниз. Иногда с высоты в 80–120 метров. Это не ошибка – это стратегия. Пух амортизирует удар, а внизу его ждёт отец. Именно он будет заботиться о птенце ещё два месяца, научит его самостоятельной жизни.
2. Самое шумное место в Арктике – это не город, а скала. Колония чистиков на скалах Алкефьелле насчитывает более 60 тысяч пар. Птицы прилетают на короткое лето, чтобы вывести птенцов. Но это не хаос, а стройная, многолетняя система. У каждой пары – своё место.
3. Чистики летают – и ныряют – одинаково уверенно. Это уникальные птицы: они двигаются под водой почти как пингвины, используя крылья для гребли. Могут нырять до 100 метров. А ещё они проводят более 70% времени в море – даже спят на воде.
4. Птичьи колонии – главный источник жизни для всей экосистемы. Пока чистики кормят птенцов, они приносят с моря тонны рыбы. Остатки рыбы и птичий помёт – важнейший источник питания для арктической растительности. Он насыщает тонкий слой тундры минералами, которые питают мхи и лишайники. Туда тянутся насекомые, а за ними – другие птицы и мелкие млекопитающие. Это своего рода экологическая насосная станция, качающая жизнь с моря на сушу.
5. Гаги выстилают гнездо собственным пухом. Самки обрывают с себя пух, чтобы защитить яйца от холода. Именно этот пух считается одним из самых тёплых в мире – из него делают элитные одеяла. Но собирать его можно только вручную, когда птицы покидают гнёзда. В Норвегии этим занимаются поколения семей, бережно, без вреда птицам.
6. Многие арктические птицы моногамны и возвращаются в одни и те же гнёзда год за годом. Лия показала фото окольцованных птиц, которых она встречает на тех же скалах уже десятилетие подряд. В мире, где тает лёд, только камень остаётся точкой опоры.
Скалы Алкефьелле, которые я близко рассмотрела с каяка, с уровня воды, стали для меня самым громким местом Арктики. Тысячи птиц, кричащих, летающих, оберегающих потомство, напоминают о том, что даже на краю мира жизнь не прекращается – она просто иначе устроена. Мне повезло, я смогла подойти на каяке очень близко: в этих краях птицы не боятся людей.
Статья про животных и птиц получилась очень длинная, да и фото у меня много. Поэтому я разбила ее на две части. В следующей части расскажу о моржах, тюленях и китах, о лисицах и гусях. Моржи, как и люди, любят «поговорить» – у них сложная звуковая система общения. Арктические тюлени пробивают для себя дыхательные лунки во льду – и это требует точности до сантиметра. Арктическая лисица — не просто охотник, но и «санитар» птичьих колоний. Об этом и других малоизвестных фактах – в продолжении.
Наталия Кардаш
